Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

мир номер ноль

Оазис

Нынешняя букеровская лауеатка, североирландская писательница Анна Бернс, дала интервью The Guardian, в котором, в частности, рассказала любопытное о своём детстве: мол, семья была читающая, но
«it was very private. You wouldn’t say: ‘What’s that you’re reading?’; that would be a terrible insult»
…a terrible insult, гляди-ка — но, может, в этом есть какая-то сермяжная ирландская правда? Не кажется ли вам, что мы и так выбалтываем о себе слишком много? И в первую очередь самое личное, причём — фейсбуку? И если так, то не старое ли доброе чтение остается последним оазисом privacy?

«Что вы сейчас читаете?» — «Не ваше собачье дело!»
мир номер ноль

Джуно Диас. "Короткая фантастическая жизнь Оскара Вау"

"Сто лет одиночества" XXI века – только еще забористее

У издателей «Оскара Вау» нет недостатка в завлекающих слоганах: «Пулитцер-2008», «критики в один голос сравнивают "Оскара Вау" с шедевром Маркеса "Сто лет одиночества"», «автор – американец доминиканского происхождения», «Джуно Диас – один из самых своеобразных и притягательных писателей наших дней»… стоп-стоп-стоп, позвольте-ка мне самому разобраться, где тут Диас, а где Маркес.

Итак, доминиканец Оскар обитает в латинском гетто в Нью-Джерси: он толстый, зачтенчивый, увлекается трэш-фантастикой, пересыпает речь заумными словечками и не может подружиться ни с одном девчонкой – словом, разительным образом отличается от своих темпераментных ровестников. Мало того, над его семьей, о которой мы тоже узнаем немало, висит древнее проклятье фуку. И вот однажды Оскар решает спасти свою семью от этого проклятья.

«Сто лет одиночества»? Пожалуй: тоже история южного семейства, тоже проклятье, тоже латиноамериканский колорит. Вообще, если речь и может идти о каком-то проклятье, то оно касается самой латиноамериканской прозы: все эти романы, как счастливые семьи у Толстого, похожи друг на друга. Правда, герои Джуно Диаса раз в десять темпераментнее и похотливее обитателей Макондо. Почти четыре сотни страниц словесной эксцентрики – выдержать такой темп непросто.
мир номер ноль

Мысль семейная

«Наташа вышла замуж ранней весной 1813 года… <…>. Она пополнела и поширела, так что трудно было узнать в этой сильной матери прежнюю тонкую, подвижную Наташу. <…> Видна была одна сильная, красивая и плодовитая самка…» (Л.Н. Толстой)

Collapse )